Записи с темой: @Электрофорез (28)
Виталий Талызин — Музыкант, основатель группы Электрофорез

Что для Вас является настоящими, основополагающими ценностями в жизни?
– Возможность кому-то доверять.

В чем Вы твердо убеждены в жизни? Приведите пример нескольких осознанных убеждений.
– "Что посеешь, то и пожнёшь" — вполне осознанное убеждение.

Какие занятия Вам доставляют истинное удовольствие?
– Те, которые не надо срочно делать.

Есть ли у Вас любимое слово, которое нравится произносить?
– Дронт, друид, волюнтаризм, сикорашка — их тысячи. Чем больше в слове внезапных буквосочетаний, тем больше мне нравится его произносить.

Есть ли нелюбимое слово, которое неприятно произносить?
– Набухался. Просто выворачивает.

Какой звук или шум Вам нравится?
– Когда летает большой жук или шмель. Хруст сухариков ещё.

Какой не нравится?
– Звук заводящегося микрофона.

Какое ваше любимое чувство?
– Когда включается охотничий инстинкт.

Какое не любимое чувство?
– Жалость. Ещё мне психологически очень трудно заставить себя извиниться.

Что Вам нравится в себе? (во внешности, особенностях характера, поведении, поступках)
– Очки.

Что не нравится в себе? (в том же)
– Замкнутость.

Что Вас привлекает в других людях? (во внешности, особенностях характера, поведении, поступках)
– Рациональное мышление.

Что отталкивает? (в том же)
– Неприятный голос.

Каким словом, или какой фразой вам нравится хвалить что-то/кого-то? Назовите любимое.
– Ну круто.

Какое Ваше любимое ругательство?
– Удивил Саша Макеев, который сказал "Ёбаный Алёша!"

Какими главными жизненными навыками Вы овладели на данный момент? По личным ощущениям.
– Умение распределять силы на дистанции.

Что может сделать Вас лучше?
– А может и не сделать.

Если на небеса попадают, что бы вы сказали Богу, оказавшись перед вратами Рая?
– "Куда ушёл Пётр, Господи?"

Что Вы можете сказать "по жизни" подписчикам, друзьям, знакомым?
– На деньги вы купите Мерседес, но не уважение. Так-то.

Организатор и интервьюер: Сергей Николаев

Иван Курочкин – Музыкант, солист группы «Электрофорез»

Что для Вас является настоящими, основополагающими ценностями в жизни?
– Свобода самовыражения и семья.

В чем Вы твердо убеждены в жизни? Приведите пример нескольких осознанных убеждений.
– Делай то, что должен и будь что будет.

Какие занятия Вам доставляют истинное удовольствие?
– Музыка, KFC, общение с любимым человеком и кошкой.

Есть ли у Вас любимое слово, которое нравится произносить?
– «Жимолость».

Есть ли нелюбимое слово, которое неприятно произносить?
– «Кега», «чечил», «голубчик», особенно раздражают идиотские журналистcкие штампы из серии: «это рэп, который мы заслужили» или «российская музыка, за которую не стыдно» - некоторые уникумы выносят это в заголовки.

Какой звук или шум Вам нравится?
– Трамвай на разбитых путях проспекта Ветеранов (сейчас уже починили).

Какой не нравится?
– Когда ролл-шторы закрываются.

Какое ваше любимое чувство?
– Перемен.

Какое не любимое чувство?
– Жалость.

Что Вам нравится в себе? (во внешности, особенностях характера, поведении, поступках)
– Все, особенно волосы.

Что не нравится в себе? (в том же)
– Что волосы отрастают и их надо снова красить.

Что Вас привлекает в других людях? (во внешности, особенностях характера, поведении, поступках)
– Чувственность, практичность, способность на действия, собранность.

Что отталкивает? (в том же)
– Излишняя любовь к вещам, снобизм, желание быть в «тусовке», мелочность.

Каким словом, или какой фразой вам нравится хвалить что-то/кого-то? Назовите любимое.
– Большой молодец!

Какое Ваше любимое ругательство?
– «Блядская могила».

Какими главными жизненными навыками Вы овладели на данный момент? По личным ощущениям.
– Стрессоустойчивостью и хорошей ориентацией на местности.

Что может сделать Вас лучше?
– Будущее.

Если на небеса попадают, что бы вы сказали Богу, оказавшись перед вратами Рая?
– Поняли бы друг друга без слов.

Что Вы можете сказать «по жизни» подписчикам, друзьям, знакомым?
– Ходите на наши концерты и приезжайте в Санкт-Петербург тратить свои деньги!

Организатор и интервьюер: Сергей Николаев


@темы: @Интервью, @ЭФ, @Электрофорез



Интервью для: http://snapbox.ru/music/sample/1430-electrophorez.html

«Электрофорез»






В середине лета наши сегодняшние герои Святозар Черноусов и Виталя Топоров основали в родном Санкт-Петербурге дуэт под названием «Электрофорез». Пока в трудовой книжке парней значатся лишь добрая песня про сатану, короткий альбом с двумя последними песнями, чекины в разных клубах Москвы и Питера, а также довольно странное сравнение с Элвисом Пресли в soundcloud.




Святозар:




«Я родился в Ленинграде в 1991 году. Вырос в Санкт-Петербурге и Лениградской области. Состоял на учете в детской комнате милиции. Детства не было. Были постоянные поездки с хором за границу, постоянные занятия сольфеджио, инструментом, конкурсы. Счастье было летом, когда я ехал на дачу и там читал, читал, читал библиотеку пионера. Спортом занимался, в шахматы играл, 5-й разряд имею».




«Мой дедушка пел в хоре полиграфического техникума вместе с Эдуардом Хилем. Им обоим предложили заниматься в оперной студии при каком-то там дворце, и Хиль согласился, а дедушка нет, поскольку был очень религиозен».




«История электронного дуэта «Электрофорез» имеет начало в июле 2012-го. Но и до того момента молодые люди были знакомы. Святозар Черноусов и Виталий Топоров учились в одной школе с первого класса, но не общались. Сошлись в 11-м на почве интереса к польской coldwave-сцене и Роберту Музилю и с тех пор были неразлучны».




«Наше творчество — это деструкция по Хайдеггеру и отрицание от нее в конце каждого трека. Цель — возникновение желания новых ощущений у слушателя-зрителя-воспринимателя».




«На наш концерт надо идти для того, чтобы провести время с двумя зеленоглазыми молодыми людьми».




«Проблема российской музыки в том, что блаблабла».




«Я бы внес поправки в законы, регулирующие банковскую деятельность, и отменил бы взымание НДС со всех банковских услуг, потому что так лучше для всех. Вот вы хотите платить 18% с операции — «проверка банковской гарантии, не авизованной банком клиента, авизование изменений условий гарантии, прием, проверка и отсылка документов и предгарантийных писем»? Я — нет».




«Будущее сдохло. Приходите на поминки 21.12.12 в «Грибоедов» в 19:00».




Виталя:




«Я родился в Ленинграде утром 20 августа 1991 года. Фактически это было первое утро без Советского Союза в традиционном понимании этого словосочетания. Из детства помню, что был «влюблен» в двойняшек, которых не различал и хотел стать архитектором».




«Под влиянием отца я слушал «то, что нужно слушать», ну и понимание того, что «музыка — это круто» пришло ко мне еще до школы. Собственно, в пять лет я поступил в Лицей искусств, где все были рады мальчику с абсолютным слухом».




«Лет с семи я постоянно придумывал всякие разные группы, все они были с обложками альбомов, воображаемыми составами, но без песен».




«В моем плеере процентов 70 треков — на русском языке».




«Было бы забавно ввести всеобщую трудовую повинность и запретить секс до брака».




«У меня есть знакомый, метрофанат. Он все время рисует схемы метро разных городов на память, составляет расписание поездов и записывает, какой вагон к какому составу прицепили. Он очень ждет открытия салатовой ветки метро. Я тоже жду, через 10 лет будет станция метро прямо под моими окнами».




«Электрофорез» — #1




«Электрофорез» — Сатана, уходи








@темы: @Интервью, @ЭФ, @АрхивныеИнтервьюИзУтерянного, @Электрофорез, @СтарыеФотоЭФ

Когда ты настолько ссыкло, что заливаешь в ТикТок видео, уже заранее зная, что на родине его не увидят, но дополнительно накручиваешь настроек, чтобы и через спец. сайт не видно было, сюрпрайз маза фака, он засек и даже написал, что трек там 1905, но не может его показать из-за ограничений, как и через другие любые страны, кроме, видимо, определенной, ну, что можем сказать, молодцы, опять обосрались в штаны мальчики, аплодируем.
Ведь ссатся кипятком за свои ЕС ганнорары, которых и так нет, это так весело. Или же типичный двуличный Электрофорез.
А потом они удивляются, что к ним растет негатив, но при этом клепают скрытый контент и публикуют странные посты.
Не получится ли тут, как было ранее с хештегом, что они будут визжать в комментариях, что это ошибка, кто-то, а не они, выложил видео и т.д., в тот раз им тоже мало кто поверил. Гадаем всем селом. Есть ли у кого мысли, чего они там выложили, что боятся всему миру это показать? Ссатся, что придется из Сербии и Грузии возвращаться домой, чтобы подзаработать на продолжение жизни там, а ганнораров им тут уже светить не будет? Боятся потерять бабки, если их позиция станет публичной?
Очередная загадка дыры.


@темы: @ЭФ, @Электрофорез, @ВиталийТалызин/ВиталийТопоров, @ИванКурочкин/СвятозарЧерноусов










«Нам хотелось заставить всех слушать нашу музыку»: интервью с группой «Электрофорез»



О последнем туре в России, десятилетней карьере и синт-попе





Фотография предоставлена героями материала



















«Нам хотелось заставить всех слушать нашу музыку»: интервью с группой «Электрофорез»




О последнем туре в России, десятилетней карьере и синт-попе





Фотография предоставлена героями материала










07 июля 2022







В 2022-м группе «Электрофорез» исполнилось десять лет: за эти годы дуэт прошел путь от маленьких площадок и EP до полноформатных альбомов и европейских гастролей. «ИМИ.Журнал» поговорил с Иваном Курочкиным и Виталием Талызиным о том, как изменилась группа и ее поклонники, что помогает участникам не ссориться и сохранять творческий запал, какое влияние на дуэт оказал Арсений Морозов и что ждет «Электрофорез» в ближайшем будущем. 






Вы начали делать музыку вместе еще до «Электрофореза» — в старших классах школы. Как пройти столь длинный путь вместе и не рассориться?




Иван: Все зависит от людей. Это же очень похоже на любую историю взаимоотношений: на YouTube есть популярные ролики, где каких-нибудь людей, которым по 90 лет, 50 из которых они провели в браке, спрашивают, как им удалось прожить вместе так долго. Просто так совпало, что они выбрали адекватных друг другу людей, и все. Тут нет никакого секрета. У нас одинаковые цели, одинаковые стремления и, соответственно, мы уважаем право друг друга на личную жизнь. Смотрим в одну сторону, но при этом допускаем, что у каждого могут быть другие интересы. 




Почему вы еще в школе решили, что хотите делать музыку вместе?




Виталий: Мы учились вместе десять лет и в какой-то момент, когда во «ВКонтакте» появились аудиозаписи, заметили, что у нас схожие вкусы в выборе песен, и решили поиграть музыку. 




Иван: Когда мы начинали, у нас было абсолютно аутсайдерское понимание музыкальной индустрии. Сейчас новые артисты сразу заходят на сцену с какими-то карьерными убеждениями и профессиональным взглядом, знают, что и как нужно делать, а в наше время все крутили у виска, когда мы говорили о профессии артиста. Я даже не знаю, что хуже было — сказать, что ты бомж или музыкант. Поэтому мы и не думали, что заработаем денег и построим карьеру. Просто хотели заниматься музыкой, понимая, что, да — на наши концерты приходят люди, которые проливают дешевое пиво на наш сетап за 15 тысяч рублей (а именно столько мы получали в те годы, работая в техподдержке компании «Триколор»;). Теперь мы закалены максимально — неурядицы вроде «кто-то выпил мое пиво в туре и из-за этого он меня бесит» нас не берут. 




Кажется, что большую популярность группа начала набирать только в 2017-м после взлета «Русской принцессы», на шестом году жизни. Как вам удалось сохранить запал сквозь годы и не сдаваться?




Иван: Мы постоянно выпускали релизы, в каждом из них происходил рост. У нас не было ощущения, что что-то идет не так — мы достаточно целеустремленные чуваки и нам хотелось постепенно заставить всех слушать нашу музыку.













«Русская принцесса» в свое время стала настоящим хитом и в том числе попала в саундтрек к сериалу «Мир! Дружба! Жвачка!». Как такой пиар отразился на вашей популярности? 




Иван: Это не первый наш трек, который взяли в саундтрек, до этого песня «Все было так» попала в фильм от «Гоголь-центра», а еще наш фит с «Молчат дома» был в другом сериале. Если ты играешь относительно популярную музыку, то рано или поздно в любом случае окажешься в поп-культуре своей страны — сериалах, кино. Что касается «Русской принцессы», надо сказать, что в тот момент просто все совпало — вырос рынок, группа была готова и написала крутую песню. Сработало старание плюс везение и попадание в нужный момент. Но на популярность в стримингах эти истории не повлияли — все-таки чаще фанаты к нам приходят из соцсетей. Думаю, если мы говорим о таких вещах, стоит рассказать об ощущениях после «Вечернего Урганта»




Виталий: Ощущения были совершенно нейтральные. Мы прочитали очень много комментариев с поздравлениями, но не поняли, что в этом такого важного — не сказать, что это был какой-то прорыв. Когда мы только начинали, мне говорили что-то вроде «если про вас напишет журнал „Афиша“, это будет прорыв». И по итогу десятилетней карьеры стало понятно, что нет какой-то одной вещи, которую можно назвать прорывом. Что-то происходит, постепенно накапливается и потом откуда-то люди узнают о нашей музыке.




Иван: У нас всегда немного просаживался пиар — самая затратная и непонятная часть работы. Ты тратишь много времени и денег, нанимаешь каких-то людей, чтобы попасть в условный журнал X, в программу Y, и в итоге гадаешь, выстрелит или не выстрелит. В условиях ограниченных ресурсов мы долго жили без пиара, а сейчас предложения сами постепенно стали появляться. 




Виталий: Пиар — это еще и морально затратно, особенно если ты не суперобщительный человек. 




Как сейчас устроено ваше продвижение — у вас есть отдельная команда для таких активностей или вы все делаете сами?




Иван: У нас есть менеджер Ирина Макарова, она занимается пиар-коммуникациями. Есть какие-то подрядчики, которых она нанимает на различные задачи. Мы долгое время существовали и без менеджера. Нетворкинг и общение никогда не были нашей сильной стороной, поэтому нам было легче все делать самим. Попыток завести менеджмент было много, но удачными можно признать только буквально несколько из них. 




Виталий: Очень важно, чтобы с менеджером у артиста был коннект, и в этом плане нам с Ирой очень комфортно. 






Группа «Электрофорез» в 2016 году




На вашем втором EP есть ремикс на трек «Эшафот» от группы Xiu Xiu. Как получилось, что культовая американская группа сделала ремикс на песню начинающих музыкантов из России?




Иван: На тот момент группа Xiu Xiu нам казалась очень крутой, и мы попытались сделать шаг в сторону сотрудничества. Сначала мы написали письмо Джейми (Джейми Стюарт, основатель Xiu Xiu. — Прим. «ИМИ.Журнала») о том, что у него славянские скулы или что-то типа того, а дальше у нас завязалась переписка. Мы спросили, может ли он сделать на нас ремикс, но он отказался, а потом мы написали: «Давай мы тебе пришлем советский синтезатор „Квинтет”, который недавно купили». Ему эта идея понравилась, и мы решили отправить синтезатор почтой. Синтезатор «Квинтет» — это очень смешная конструкция из начала 1980-х, он весь из фанеры и весит килограмм тринадцать, а его длина где-то полтора метра. Нам пришлось его тащить на Главпочтамт, адски паковать и отправлять в Лос-Анджелес, где Джейми жил на тот момент. Недавно была новость, что кто-то записал фит за биткоины, а тут был ремикс за советский синтезатор. В итоге возникла некоторая неприятная ситуация с российской почтой — они его просто в смерть **********, и Джейми пришел разломанный синтезатор. Но он сказал: «Ладно, вы, конечно, дебилы, но все равно сделаем ремикс, раз уж договорились». Не обманул — действительно сделал. Это принесло свои плоды: хипстерская музыкальная тусовка тех лет сразу обратила на нас внимание. Вроде мы там никому и не были нужны, а когда вышел ремикс Xiu Xiu, все такие: «О, ничего себе». 




За десять лет аранжировки ваших треков стали сложнее, а от абстрактных образов в текстах вы перешли к более приземленным социальным тематикам. Перемены происходят сами собой или это сознательная смена вектора?




Виталий: Какие-то перемены происходили сами собой, какие-то —  потому что мы просто решили, что будет круто так сделать. На последнем альбоме мы уделили максимальное внимание текстам и постарались, чтобы слова у нас были на своем месте, и в этом плане мы очень довольны результатом. 




Как устроен ваш творческий процесс? 




Виталий: Обычно каждый из нас приносит свои наработки, а потом мы их доделываем вместе. Есть какие-то треки, которые мы делали вообще с нуля — включали бит и фристайлили. 




Как менялась ваша аудитория за эти десять лет?




Виталий: Новые фанаты появляются постоянно, но есть и те, кто растет с группой с самого начала — это очень крутой процесс. Сейчас в комментариях в наших соцсетях можно встретить как тридцати-, так и тринадцатилетних людей, это очень мило.




В вашей дискографии три полноценных альбома, в числе которых дебютный релиз 2012 года. Почему вы решили начать с большого формата?




Виталий: А это не первый релиз. Наш первый релиз был во «ВКонтакте» — тот, где трек «Вечер причесок». Мы называем его EP «Со „Сникерсом”». 




Иван: Как я уже говорил, у нас были другие цели тогда — мы просто хотели делать музыку. Тогда казалось, что будущее так же линейно, как и настоящее, никаких предпосылок тому, что русская музыка будет хоть кому-то нужна, не было. Она была нужна, условно говоря, ста людям в Санкт-Петербурге, которые ходили на «Мотораму» и группу «Труд». И мы хотели, чтобы они ходили в том числе на нас, поэтому решили выпустить альбом. Тогда мы работали на студии с Максимом Остроуховым (с которым, кстати, делали и последний альбом), к нам заходил и давал советы Холодков (барабанщик группы Shortparis. — Прим. «ИМИ.Журнала») — из-за этого, кстати, он до сих пор в «Гугле» торчит как третий участник группы, не знаем, как его оттуда убрать. 




На студии была такая атмосфера – к нам приходили другие музыканты, пили пиво, общались, сложилась своя тусовка. Мы прекрасно все как один понимали, что мы скорее всего будем всегда жить такой андеграундной жизнью, записываться в этом вагончике на Александра Невского с торчащей стекловатой. Деньги тогда не были каким-то ключевым показателем. И это, кстати, говорит о многом — в тот момент групп вообще было очень мало, потому что за музыку не платили, и людям просто неинтересно было этим заниматься. 




Виталий: Групп и сейчас мало. В самом начале карьеры еще была смешная история с «нулевым выступлением». Группа «Электрофорез» официально существует с 2012 года, но мы писали песни «в стол» и до этого. Наше первое выступление было под названием «Старость» на фестивале Высшей школы экономики в Санкт-Петербурге, где я учился. Группа «Старость» представляла собой трио — я, Ваня и барабанщик, которого звали Александр Евстратенко. Мы репетировали, репетировали, но незадолго до выступления барабанщик ушел, и нам пришлось думать, как выступать. В итоге Ваня играл на гитаре, пел и бил ногой в «бочку», сидя за барабанной установкой, а я играл на синтезаторе. Из-за того, что все было ужасно отрепетировано, нам нужно было держать зрительный контакт, поэтому я стоял спиной к залу и смотрел на Ваню. Кто-то нам в какой-то момент закричал: «Фу, вы говно!», в общем, было весело. В итоге жюри присудило нам второе место. Это был перформанс поневоле. 




Иван: Многие же разделяют «Электрофорез» на ранний авангардный и поздний. В первые годы наши выступления двигались в сторону саунд-перформансов и каких-то таких вещей. Потом мы ушли в более классическую форму, потому что поняли, что не всегда нужно шокировать публику, чтобы получать хороший результат. За десять лет многое изменилось. 






Группа «Электрофорез» в 2012 году




Вы сказали, что «Электрофорез» затевался не для того, чтобы заработать денег. Но в какой момент музыка все-таки начала приносить вам доход? 




Иван: Наверное, на такой уровень мы вышли к 2019-му. 




Виталий: Это вопрос из серии «жить хорошо, а хорошо жить еще лучше». Такие доходы, чтобы на них можно было прожить, начались после 2016-го. 




Иван: Нужно понимать, что мы не особо-то шикуем, тратим немного денег, да и многие вещи в свое время мы получали от спонсоров до определенных событий. Главный враг наших доходов — это инфляция. 




В вашем творчестве очень много родного города: вы часто подчеркиваете, что «Электрофорез» — дуэт из Петербурга, упоминаете его в текстах песен. Какую роль город сыграл в вашем творчестве?




Иван: Во-первых, если вы были в Петербурге, то должны понимать, что это совершенно атмосферное место. Во-вторых, он не мог не повлиять на нас, учитывая, что мы прожили там 30 лет. Там очень много культурных конструктов, каких-то отсылок, кросс-культурных пересечений, с которыми ты постоянно сталкиваешься. Мы выросли в этой среде и Петербург нас вырастил как музыкантов. Да и само это отношение «мы делаем музыку не ради денег», оно тоже чисто петербургское. 




Что еще повлияло на вас как на музыкантов? 




Иван: Очень сильно повлияла группа Padla Bear Outfit. Можно, конечно, назвать какие-то известные клевые группы, которые мы с Виталием слушали в разные годы, но думаю, что именно культурным визионером конца нулевых-начала десятых для нас стал Арсений Морозов — по совместительству, мой какой-то там троюродный брат. 




Виталий: В конце нулевых не было артистов, которые исполняли крутую инди-музыку на русском. Были группы вроде «Магнитной аномалии» и «Токио», но по-настоящему независимой концептуальной команды до появления PBO не существовало. Пример Арсения заражал: для нас он был как The Velvet Underground для Нью-Йорка 1960-х. Думаю, ему бы очень понравилось такое сравнение — по крайней мере, в конце нулевых. 




Иван: Возможно, The Velvet Underground сейчас для Арсения слишком коммерческая музыка.




Виталий: Я тогда читал его всякие интервью, он примерно то же самое рассказывал про группу The White Stripes для него. В общем, Арсений Морозов — это The White Stripes для нас.




В описании вашего паблика в «ВК» сказано, что «Электрофорез» — «топ-1 синт-поп Восточной Европы». На ваш взгляд, конкуренции в этом жанре на территории Восточной Европы и России у вас нет?




Иван: Назовите хоть одну другую синт-поп группу в Восточной Европе, которая могла бы нам составить конкуренцию, и мы ответим на этот вопрос.




Виталий: Практически никто не играет синт-поп в больших масштабах, поэтому мы обратили на это внимание. 













А на каком месте будет «Электрофорез» в мировом топе синт-попа? 




Виталий: На шестом.




Иван: Четвертое бы отдали Gayazovs Brothers. Если говорить о русских синт-поп-треках, кроме «Электрофореза», я бы назвал «Малиновую Ладу», он реально гениальный: меня поразило, насколько там крутой текст и звук.  




Ваша музыка попала в ротацию «Нашего радио». Как вы к этому отнеслись? 




Иван: Мы не просто попали в ротацию, мы даже получили премию «Взлом „Чартовой дюжины“». С «Чартовой дюжиной» связан прикол из нашей школьной мифологии: когда класс переодевался перед физкультурой, все почему-то кричали названия групп из топа «Нашего радио». 




Виталий: Потому что «Чартова дюжина» выходила по пятницам, а физкультура была по субботам. 




Иван: И нам важно было в нее попасть, потому что это была такая «пасхалочка» нашим одноклассникам.




О том, как устроена работа «Нашего радио», рассказывала программный директор станции Анастасия Рогожникова. 




В разные годы про «Электрофорез» писали иностранные медиа, а в рамках туров вы выступали в Германии, Польше, Прибалтике и других странах. Что помогло вам выйти на иностранную аудиторию?




Виталий: Это заслуга большой русскоязычной диаспоры за пределами стран СНГ. По нашим впечатлениям, все-таки процентов 90 аудитории на наших концертах — это эмигранты. 




Иван: Либо постоянно проживающие национальные меньшинства в той же самой Прибалтике и других странах. «Электрофорез» всегда позиционировался как локальная группа. Мы работали в России и соседних странах, где большое количество русскоязычных людей. Эта модель нас устраивала, потому что мы не были готовы отказаться от текстов и смысловых составляющих. 




Виталий: На конец этого года у нас запланирован перенесенный ковидный тур по стране, и он будет последним в России. Хоть на данный момент мы не считаем нашу музыку конвертируемой на европейский рынок, кажется, что предстоит некоторая работа в этом направлении.




Иван: Нам уже десять лет, и так или иначе нам нужно обновление. Надо двигаться дальше.









@темы: @Интервью, @ЭФ, @Электрофорез




«В России что ни пиши — все об одном»: «Электрофорез» о России 2021-го и новом альбоме


 







Интервью и текст: Владимир Завьялов
6 февраля 2021  15:00
Интервью: https://daily.afisha.ru/music/18669-v-rossii-chto-ni-pishi-vse-ob-odnom-elektroforez-o-rossii-2021-go-i-novom-albome/

Петербургский дуэт «Электрофорез» выпустил новый альбом «505»: это 13 мрачных песен о рефлексии по поводу происходящего, любви, жизни и смерти. «Афиша Daily» поговорила с участниками группы об альбоме, Петербурге, русском роке и событиях в стране, а также попросила их прокомментировать песни с «505».
https://img03.rl0.ru/afisha/e1500x1000i/daily.afisha.ru/uploads/images/f/5a/f5a82f3d4fbbb411f690403f3a8f0d1a.jpg




 


— Насколько тяжелым был 2020-й?

Виталий Талызин (синтезаторы): Нормальный. Я примерно такого года и хотел: чтобы мы сидели, писали альбом, сделали паузу на весну с турами. Оказалось, что надо бояться своих желаний.


Иван Курочкин (вокал): Получилось, что мы предсказывали все события, которые будут происходить.


— Ваша цитата: «Я рассуждаю так: если ты музыкант, особенно если ты музыкант в России, то почему ты уверен, что все будет круто? В какой момент жизни на тебя снизошла такая уверенность? Нет! Этого не будет и не должно быть! У человека есть разные ипостаси: человек-художник и человек-гражданин. То, что хорошо гражданину, может быть плохо художнику — и наоборот». Почему?

Иван: Если тебя как гражданина избили дубинкой и засунули на 20 дней в автозак — ты потерял работу и получил адское пятно на биографии. А если ты средней руки музыкант, то ты получаешь какой‑то импульс — ты сталкиваешься с тем, что происходило в твоей голове. Это импульс для творчества, карьеры.


Виталий: Где‑то лет в 17–18 прочитал модную тогда книжку «Черный лебедь» Талеба. Там говорилось: главную роль в нашей жизни играют спонтанности. Сейчас мне 29, где‑то года 2–3 назад своим мозгом удалось дойти до того, что рандома в нашей жизни больше, чем кажется. Поэтому да, было бы достаточно странно музыканту в 20 лет быть уверенным в себе: что ты всего добился, так и будет продолжаться.


— Русский музыкант должен быть готов к страданиям?

Иван: Просто может произойти все что угодно. Даже если ты американский музыкант, у тебя может рак жопы случиться.


Виталий: Или ты можешь совершить какую‑то дичь, как Робин Тик, и пропасть навечно.


— «Мы поколение сытых людей», — говорили вы в 2017 году. В 2021 году, учитывая актуальные события и происшествия последнего года и последних выходных, такое определение справедливо?


Иван: Раньше все было еще большей ****** [ерундой]. Но хотелось бы лучше! Но я хочу все-таки, чтобы в Петербурге, наконец, построили метро, а не только обещали: «Юго-Западная», «Горный институт». Пожалуйста.


— Давайте об альбоме. Когда я его слушал, словил ощущение, что ряд его текстов был написаны после прошлых выходных.

Иван: А о чем ты говоришь? Может, ты говоришь про девушку, которая живет около трамвайного кольца? И у нее веснушки на плечах? Ты имеешь в виду политическую тематику.


Мне кажется, в России что ни пиши — все об одном. Напиши любой текст, связанный с повесткой, и это будет актуально всегда. Пример — Цой.


— Выпуская прошлый альбом, вы сказали, что у вас нет четкого ответа на вопрос о том, что происходит со страной. Сейчас он есть?

Иван: Что происходит? ***** [Ерунда] какая‑то. Это очень общий вопрос. Что ты имеешь в виду?


— «Зыбкая ситуация: вроде все хорошо, а вроде неправильно». Ощущение того, что все неправильно, усилилось?

Иван: Да, естественно. Это ощущение вылилось в то, что все вообще неправильно. Все идет в противоположном пути от правильного. Мне кажется, ни для кого ничего хорошего нет. В этой ситуации нет победителей.


Виталий: Когда‑то мы говорили о безвизовом режиме с Европой, а теперь я в ⅘ сообщений в телеграме вижу, что кто‑то маркирован иностранным агентом.


— Показалось, что рефлексии по поводу происходящего стало больше.

Иван: Мы же живем в обществе! Так и должно быть.


Виталий: Мне кажется, мрачность и тревога нам сопутствовали всегда.


— Но дошли до терминального пика. Ваш альбом называется «505». Сознательно встаете в один ряд с Надеждой Дорофеевой (соиспольнительнецей песни «Имя 505» группы «Время и стекло» — Прим. ред.) и Алексом Тернером (автором песни «505», фронтменом Arctic Monkeys — Прим. ред.) ?


Иван: Нет, нам ******* [наплевать] на них. Буквы все тоже используют, и что? «505» — это номер нашей школы. Или нам не надо об этом говорить? (Обращается к Виталию.) Мы придумали какую‑то стратегию?


— «Это первый классический альбом группы». Почему?

Виталий: Первый альбом был лоуфайной пробой пера. Второй, при всех достоинствах, слишком короткий для классического альбома и тоже имеет признаки пробы пера: мы сводили и мастерили его самостоятельно, там много неаккуратных вещей.


— Показалось, что песня «Комендантский час» — про 2020 год. Правда?

(Издевательски смеются.)


Виталий: Как ты все закольцевал…


Иван: Давайте серьезно. Ты просто берешь и говоришь: комендантский час — про 2020 год.


Виталий: Хорошо. Разгадка этой песни — в последней строчке первого куплета. Если перевести ее на другой язык, то станет понятно. Но если ты ее приложишь к 2020 году, то ты ******* [удивишься], какие смыслы туда добавятся. Просто угадай, на какой язык надо перевести.


 


«Русская принцесса» — самая популярная песня группы


— Вас расстраивает, когда в ваши песни вкладывают не те смыслы, что вы закладывали сами?

Иван: Да все равно. Человек может думать все что угодно. Один странный парень вложил в миленькую песенку группы «Мы» какой‑то *********** [удивительный] смысл (в 2018 году 18-летний студент Бауманки Артем Исхаков убил и изнасиловал свою бывшую девушку Татьяну Страхову, покончил с собой и оставил прощальную записку, в которой, помимо прочего, упомянул песню «Возможно» группы «Мы» — Прим. ред.).


— Туры — это больше изнурительное мероприятие или кайф?

Иван: Ты кайфуешь, но в долг. Ты тратишь очень много времени, энергии и сил на туры. Концерты проходят, все классно, приходят люди, ты получаешь деньги. Но это эфемерно: ты уезжаешь из этого города, а концерта как будто не было. А песни остаются. Поэтому лучше работать с песнями и работать в студии.


Виталий: Этот год вообще показал, что мне сложно будет вернуться в гастрольный график, потому что я себя комфортно чувствую в режиме отсутствия выступлений, рядом с любимой девушкой. Я понимаю, что аппетит приходит во время еды, ты раскочегариваешься и потом уже начинаешь получать кайф. Но мне не хочется никуда ехать, мне хочется заниматься музыкой.


— «Каждый город — это новая месса и баллада о русской принцессе». Вам надоела эта песня?

Иван: Мы ее просто играем. Если тебя бесят твои песни, то зачем этим занимаешься? Мы с утра прочитали статью в «Афише» про журналистов, которые грустят от того, как им плохо пишется. Мне это показалось странным: ребята просто ноют от того, что им не хочется делать свою работу. Я бы им посоветовал найти другую.


Виталий: Можно переехать в Латинскую Америку или Африку, начать там новую жизнь.


Иван: Было бы смешно, если бы такая статья про музыкантов появилась. Ну не пишется музыка, бесит — что-о-о?


— Вы говорили, что знакомы с 1998 года. Как вы не задолбали друг друга за эти годы?

Иван: У Дудя недавно был Антон Долин. Он говорил: если вы хотите прожить всю жизнь вместе, просто не разводитесь. То же самое.


Виталий: У нас была комфортная среда в школе. Со многими одноклассниками мы до сих пор общаемся. У нас, вообще, есть своя субкультура со своим языком.


Иван: Учителя у нас тоже были нормальные, вспоминаем добрым словом уроки экономики, географии — по сравнению с теми, кто был в других школах. Нам повезло со школой. У нас никто не сел, не умер из одноклассников, все хорошие люди. Для нас тот период — это классно.


— У вас на альбоме фит с «Молчат дома». Чем они круты?

Иван: Это же крутая группа. Мне кажется, одна из самых ярких групп на постсоветском пространстве. Музыка у них интересная, и ребята сами классные, добавить нечего.


 


Клип о безумных подростках на городских улицах


— Насколько тяжело было писать альбом?

Виталий: Легко, мы же не журналисты из той статьи. Были технические заминки, хотели сами сводить, но решили отказаться от этого. Но это мелочи.


Все прошло в комфортном темпе. Нас туры бесили еще дедлайнами: мы раньше ничего не успевали. Сейчас дедлайна не было. Мне нравится, что на этом альбоме ни до одной строчки не ********* [докопаться]. Все слова на своем месте.


Иван: Кроме одного! И мы попросим слушателей его найти!


Виталий: Альбом писался настолько легко, что мы завели тикток.


— Зачем?

Иван: Просто так. Мы давно хотели, но откладывали. Там действительно достаточно прикольная среда. Я его воспринимаю с юмористической точки зрения, хотя там есть и серьезный контент.


— Захватывать аудиторию помладше?

Иван: Да. Мне кажется, уже некруто говорить, что мы группа для школьников. Кстати, странно: раньше всех музыкантов шеймили этим.


Виталий: Мы говорили: а в чем проблема? Ах, я понял: ты говорил, что все считают, что школа это отстой и дерьмо, а мы так никогда не считали!


Иван: Ты понимаешь, что они хотят этим задеть, но за шесть лет в шоу-бизнесе нам ***** [безразлично]. Это разобрали…


— Мне показалось, что вы записали поп-альбом с понятными мелодическими ходами, но в то же время лютым мрачняком. Контраст такой — изначальная задумка?

Виталий: Нет. Мы выкинули два трека, которые показались самыми попсовыми. Мы хотели сделать концептуальный альбом.


Иван: В альбоме все круто, мне придраться не к чему.


— Записывать концептуальный альбом в 2021 году. Зачем?

Иван: Когда ты пишешь альбом, у тебя складывается же в голове какая‑то картина? Это же в любом случае концепция. Мне нравится, что наш альбом вызрел. Не просто десять треков, которые мы написали в течение какого‑то времени, и мы решили их скомпилировать. Нет. Мы работали над всеми треками плюс-минус в оно время, отчего возникло ощущение общего вайба. Мне кажется, единая нить повествования сохранена, несмотря на то что они на разные темы.


Все было сделано по уму. Я такого даже не ожидал от группы «Электрофорез» — обычно мы все делаем немножко через жопу. Это прекрасный «Электрофорез» будущего.


В будущее мы не возьмем ужасный «Электрофорез» прошлого, в котором нам было жутко некомфортно, и мы из‑за этого принимали компромиссные решения — выпускали короткие альбомы, например.


Виталий: Этот альбом един с точки зрения текстов, музыки и оформления. Мне очень нравится обложка. Мне кажется, она очень подходит и альбому и группе. Раньше было по-другому: например, завтра релиз, подбирается рандомная фотка, пишется «Электрофорез», и все.


Иван: Меня убьет моя жена, если я не скажу, что обложку нарисовала она.


— Еще ощущение: раньше вы больше писали о личном, а сейчас — об окружающем. Вы резко политизировались. Что случилось?

Иван: Потому что на личность очень резко влияет политическая ситуация. Когда ты не можешь находиться во внутренней миграции, естественно, такие моменты начинают пролезать. Это факт. Но у нас и о личном много на новом альбоме написано.


— Раньше ваши тексты можно было интерпретировать как угодно. А сейчас — Ходынка и кровь. Вполне конкретные образы.

Иван: Ну повзрослела — полюбила. Что тут сказать?


— Петербург девяностых и нулевых. Каким вы его помните?

Иван: Если говорить о проспекте Ветеранов, то ничего особо не изменилось. Где‑то даже стало хуже: расселили 2-ю Комсомольскую [улицу], там теперь какой‑то ад, пустые пятиэтажки.


— Я как‑то видел, как человек, перекрытый *********** [запрещенными законом веществами], делал сальтухи в метро на Ветеранов. Насколько это характерная ситуация для этого района?

Иван: Но я видел, как на Ветеранов дети воровали у уличной торговки сладости или яблоки. Я так подумал: это сцена из мультика про «Аладдина». Но мне кажется, в центре и на Чкаловской ******* [ужаса] больше, чем на Ветеранов.


Виталий: Согласен. Я месяца два жил на Ваське (Васильевский остров. — Прим. ред.) и удивился местной повестке: «А вы слышали, на соседней улице вчера женщину сосулькой убило».


— Виталий, вы говорили, что твой отец вылетел из института из‑за того, что незаконно торговал пластинками. Какие пластинки звучали у тебя дома в детстве?

Виталий: Ой, у меня родители до сих пор меня попрекают, что Иван в интервью это сказал. Говорят, это преувеличено, и нужно опровержение. По поводу пластинок: отец продавал актуальные на тот момент пластинки и книги — от хард-рока до Duran Duran и Joy Division. Дома играла музыка 80-х: мне нравились a-ha, Марк Алмонд, сборник «Легенды русского рока», где мне больше всего понравились «Наутилус помпилиус», «Кино» и «Алиса».


— По поводу центра Петербурга: вспоминаю старую статью Игоря Антоновского «Оставайся здесь, не езди в Петербург» на ВОС, где он диссит центр Питера. Петербург больше дает вдохновения или забирает сил?

Иван: Странно, что ты сослался на ВОС, но не сослался на статью в «Афише». Я читаю ее, вижу, как там обсирают Петербург и думаю: «У-у-у-у, сука, что за плохой человек написал эту статью? Да пошел он, пусть сидит в своей Москве». А потом я понимаю, что в начале указано, что ее написал петербуржец. И думаю: «Ну и ладно. Наверное, он прав».


— Это я ее написал.

Иван: Это было смешно, я хотел даже записать видео в историях, а потом подумал: «Ну если петербуржец написал, значит, так и есть».


— Вы говорили, что русский рок честен, в отличие от группы Tesla Boy. Почему русский рок перестал считаться зашкваром?

Виталий: Время идет, хочется верить, что общество умнеет и начинает понимать, что считать что‑то зашкваром — не самая крутая позиция с точки зрения смысла и морали. Почему какая‑то музыка должна быть зашкварной?


Иван: Мне кажется, это вписывается в тренд каких‑то нравственных изменений в обществе. Сейчас люди готовы говорить о том, о чем они не говорили. Притягателен образ честного человека, который может рассказать о своих месячных, нежели чем о каком‑то несуществующем идеале из диснеевского мультика. Пример: девушка из одной популярной группы говорила, что она работала в вебкаме. А что, ее тело — ее дело. Я себе не представляю, чтобы кто‑то сказал об этом в русском шоу-бизнесе раньше. Все меняется. И слава богу.


Виталий: Все меняется, но русская культура вечна.


Иван: Да, ты постоянно ищешь корни, на которые можно опереться. Нам нравится ассоциировать себя с народным творчеством. Какой‑то культурный код должен быть у тебя. Мне не хотелось бы опираться на рок-н-ролл, например. Мы как Толстой: он по капле выдавливал из себя раба, а мы по капле выдавливали из себя наносное говно, без которого можно обойтись. Я напоминаю, что группа «Электрофорез» находилась в оппозиции хипстерскому мейнстриму в начале 2010-х.


Виталий: Да. Я лучше послушаю группу «Серьга», чем ту инди-волну, — она задевает душу. Когда ты слышишь: «Что нам надо? Да просто свет в оконце» — ты… (Демонстративно стучит по столу кулаком.)


Иван: На самом деле среди условных западников тоже бывали прикольные проблески.


Виталий: Мы рофлим над всеми группами, которые пели на английском, а потом начали петь на русском.


— Но вы же вместе с группами, которые играли вместе с вами в «Ионотеке» в 2014 году, победили в итоге.

Иван: Может, мы проиграли?


Виталий: Никто не знает, кто выиграл! Жизнь полна черных лебедей…


Бонус: Иван и Виталий комментируют песни с нового альбома «505»


«Ходынка»


Виталий: Есть один город. Это самый лучший город на Земле, но он утомил перетягивать к себе все, что существует.


Иван: Мы говорим сейчас о противостоянии Москвы и остальной России. Мы хотим, чтобы это противостояние закончилось.


Виталий: Победой сборной России.


«505 (Легко сойти с ума)»


Виталий: Это личная песня. Когда мы писали эту песню, думали о родителях. Я частенько размышляю над тем, как тяжело им было воспитывать детей и жить в 90-х. А английский и французский алфавиты символизируют билингвальность нашей школы.


Иван: У меня непростая ситуация в семье: мой биологический отец был убит в разборках тех времен. Тот человек, который меня воспитал и является моим настоящим отцом, настрадался, как и моя мать, от моего поведения в подростковом возрасте в том числе. Мне до сих пор за это не сильно удобно.


«Опоздал»


Иван: Эта песня очень мрачная. Она говорит о том, что человек не успел предотвратить плохие события. Понравится любителям песни «8 минут».


Виталий: Очень часто в ситуациях, которые подвергаются цензуре Роскомнадзора, можно услышать мнения: мы ни о чем не догадывались, не знали, как так. Мы думали о том, каким образом это вообще можно заметить? Как это понять?


«Первоцвет»


Иван: Это оммаж интересному нам артисту TR/ST. Песня сделана в звуке, приближенном к нему. Во всем остальном это такая песня о том, что ты не успеваешь какие‑то вещи сделать в момент, когда это нужно.


Виталий: У меня тоже есть небольшая личная оценка этой песни. Мне герой этой песни представляется неким мифологическим персонажем вроде Прометея. Мне кажется, что этот человек прикован к какой‑то скале, а потом он говорит: да пошли вы все ***** [к черту], я вам принес искру, и вы ее недостойны, ваш мир — полное дерьмо. И улетает, став богом.


«Чур меня»


Иван: Мы чувствовали себя после написания этого трека очистившимся. Вторая и третья часть круто контрастируют. Еще она начинается с сигнала Mayday (сигнал бедствия — Прим. ред.), поданного паромом «Эстония» (В 1994 году в Балтийском море затонул паром «Эстония», шедший из Таллинна в Стокгольм: 852 человека погибло и пропало без вести — Прим. ред.). Это была очень темная история, в которой были замешаны несколько государств.


Виталий: Да, там очень много теорий заговора. Много кого не удовлетворили итоги официального расследования.


«Параллельный мир»


Виталий: Она вдохновлена всякими крипипастами (страшными историями, зачастую окутанными мистикой — Прим. ред.) про абандоны, зеленую дверь, большое количество параллельных вселенных. Соответственно, эта песня о существовании параллельных миров.


Иван: Очень смешно, если думать об этой песне в контексте наркотиков, от этого очень сложно отвязаться. Эта песня не про наркотики, но уже потом было замечено, что они туда идеально вписываются.


«Комендантский час»


Виталий: Это такая песня-майндфак.


Иван: Да, трек с большим контрастом между музыкой и текстом. Он должен вызывать ощущение, как когда ты смотришь на милую картинку, а потом замечаешь призрака или еще что похуже.


«Non!»


Виталий: Это франкоязычная песня о красивой, прекрасной и классной девушке. Восхищение ею и удивление некоторыми ее поступками и решениями. Почему на французском? Это наша традиция.


Иван: Эта песня посвящается нашим вторым половинам. На русском языке о таком личном говорить сложно, а на французском, языке любви, — вполне.


«Фарида»


Виталий: Песня должна была стать главной темой одноименного фильма, но, поскольку мы слоупоки, вышла почти через полгода после него.


Иван: Да, это классный фильм о глухонемой девушке из закавказской деревни. Девушка едет в Петербург искать своего мужа, потому что он пропал. С ней проходят какие‑то метаморфозы: она встречает разных людей, разный мир, отличающийся от привычного.


«Купе плацкарта»


Виталий: Это песня от самих себя, забавный эксперимент о том, как ты пишешь что‑то в формате дневника и не вселяешься ни в каких персонажей, не рисуешь в голове схемы, а просто говоришь, что думаешь.


Иван: Если что, мы не рисуем схемы — нам боженька все посылает. Мы просто ретранслируем божественную благодать на наших слушателей.


«Зло»


Иван: Она о добре.


Виталий: У нее очень дворовая гармония, поэтому в нее хотелось внести всякие смыслы вроде чеховского ружья, «Я помню чудное мгновенье…» и так далее. В этой песне проводится много экспериментов, которые хотелось увязать в какую‑то интересную и удобоваримую форму.


Иван: Мелодическая задумка была в духе Pet Shop Boys, но было достаточно несложно прочувствовать что‑то русское в гармонии. Это необычная песня для «Электрофореза», она оттеняет мрачный альбом.


«Я ничего не могу с собой сделать»


Иван: О фатальности. Ты берешься за какое‑нибудь дело, вступаешь в отношения, даешь обещание — неважно; и ты изначально понимаешь, что у тебя ничего не получится, ты будешь изменять, не будешь оказывать внимание.


Виталий: Есть такие иррациональные вещи, которые тебе кажутся подвластными, но ничего не меняется, и ты ничего не можешь сделать.


«Мертв внутри»


Иван: Песня об эмоциональном выгорании. Это злой двойник «Купе плацкарта».


Виталий: И навеяна она нашими тремя днями в Праге. Но об этом — ни слова больше.


 





@темы: @Интервью, @ЭФ, @Электрофорез


Sight & Sound: «Электрофорез»

Даша Постнова,



Интервью с сайта: cinemaholics.ru/sight-and-sound-electroforez/




В нашей рубрике Sight & Sound талантливые музыканты рассказывают о своих предпочтениях в кинематографе. В новом выпуске — группа «Электрофорез», которую уже довольно скоро можно будет услышать вживую в Санкт-Петербурге на фестивале STEREOLETO.


PBogfoLvhFQ




Первый просмотренный фильм, который вы помните


Иван: Это был фильм «Двое: Я и моя тень» с сестрами Олсен.


Виталий: Хм. Помню, что точно смотрел сказку «Морозко», но сам фильм мне не нравится. Что еще смотрел, вообще сложно сказать. В основном мультики, наверное.


fd2cd89bef254d7a9953dd8a3a2f




Фильм, который разрушил ваше детство


Виталий: Не могу сказать, что мое детство до сих пор разрушено. Наверное, позиции детства пошатнулись, когда я пересмотрел «Кошки против собак», которые мне когда-то нравились, а сейчас кажутся одним большим штампом.


Иван: Фильма, который разрушил детство, тоже пока не было.


maxresdefault--1--2




Фильм, который бы вы взяли на необитаемый остров


Виталий: Такой фильм должен отвечать нескольким критериям: помимо ресмотрибельности, он должен быть достаточно длинным (многосерийным). Поэтому «Место встречи изменить нельзя».


full-1516794126_vysockiy_mesto-vstrechi-izmenit-nelzya_zheglov_0_0b14f165cb651ac60248ff0693b5263a




Первый фильм, который вы посмотрели в кинотеатре


Иван: «Первый фильм, который я полностью осознанно посмотрел — «Двое: Я и моя тень». Ничего не могу сказать про этот фильм хорошего или плохого, но помню, что смотрел его в кинотеатре «Восход» на улице Пограничника Гарькавого.


Виталий: Помню, что смотрел в кинотеатре «Стереокино» на Невском тех же «Кошек против собак». А на свои деньги первым был, наверное, «ВАЛЛ-И» в ТРЦ «Континент» на Казакова.


walle-background-10




Последний фильм, который вы посмотрели в кинотеатре


Иван: «Я худею». Шел на фильм без всяких ожиданий, но он меня удивил: это правда качественная молодежная комедия без комедиклабовского треша, с проработанными персонажами, которым веришь.. Хотя Шнуров, может, был лишним...


Виталий: «Три билборда...». Круто, конечно, да.


842096




Худший фильм, который вы когда-либо видели


Виталий: Я полностью посмотрел небезызвестный «Юбилей прокурора», и это он.


Иван: Да, мы вместе смотрели, и это полное дерьмище. Кто в теме, тот знает.


327825




Самый страшный фильм, который вы когда-либо видели


Иван: «Смиренное кладбище». Ужасная чернуха, бытовуха в балабановских декорациях, но снято менее талантливо — и оттого более страшно.


-------------1




Фильм, который заставил вас рыдать


Виталий: «Андерграунд» Кустурицы. Очень сильная линия с Иваном и шимпанзе. Ну а кто не заплакал в финале, где все встречаются на том свете, у того мусорный бак вместо сердца, не иначе.


bcf5a5ec593c9c07f45b4ea5da1




Лучший фильм, который вы когда-либо смотрели


Вместе: Надеемся, что он пока не снят.





@темы: @Интервью, @ЭФ, @Электрофорез

Об Одри Хепберн, новом альбоме и отношениях с фанатками: 17 вопросов группе «Электрофорез»





@Volgogradskaja Pravda


 





Эксклюзивно в Seldon.News
Интервью с сайта: news.myseldon.com/ru/news/index/216431277







 





Об Одри Хепберн, новом альбоме и отношениях с фанатками: 17 вопросов группе «Электрофорез»





Главная группа петербургского андерграунда, синти-поп дуэт «Электрофорез» заехал в Волгоград в рамках большого осеннего тура. Ребята сыграли в местном баре сет из хитов и новых синглов. Но перед началом концерта Иван Курочкин и Виталий Талызин ответили на наши вопросы.






Сколько городов у вас в туре?


Иван: У нас много городов в этом полугодии. Около сорока пяти. Сейчас идет русская часть, а дальше будет Чехия, Прибалтика, Беларусь.
Как передвигаетесь в таких поездках?



Иван: Передвигаемся в основном на поездах. Иногда на электричках, иногда на дизелях, иногда на автобусах. Классика в общем. Мы не микроавтобусная группа. Ну, из Владивостока, естественно, летим самолетом.


Кто приходит на концерты за рубежом?


Иван: Ну, смотря где. Наверное русские, которые там живут. Странно было бы спрашивать у зрителей, кто пришел. Русская группа сама по себе вызывает интерес.


Вы знакомы еще со школы. До создания «Электрофореза» занимались музыкой?


Иван: Естественно. Группа появилась у нас давно, класса с 11-го. Ну, попытки естественно только. До этого тоже была деятельность связанная с музыкой, музыкальная школа там.


В ваших песнях много любопытных исторических отсылок. Кто вы по образованию?


Виталий: Экономическое образование.


Иван: Это общая эрудиция.



Песня «Икея» была одним из ваших первых демо. Но записали вы ее для альбома только в прошлом году. Почему так?


Иван: Что с ней не так? (Смеется) Она прикольная. Мы плохо ее записали в самом начале. А потом решили сделать отсылку к раннему творчеству в честь пятилетия группы.


Виталий: Ну и просто лежит песня. Хорошая. Мы играли ее давно, года до 2016 точно.


Иван: Да, так что можно сказать, что она премьерная.


Вы существуете с 2012 года. Вы все еще на азарте, или музыка становится рутиной?


Виталий: Что такое семь лет в масштабах вселенной… Мы совсем недавно существует.


Иван: Этот вопрос нужно задавать слушателям. Слушатель лучше чувствует такие вещи. Все, в принципе, все равно, что чувствует музыкант. Это остается за кадром, а остается только тот образ, которые проецируется. Это норма. Кому-то нужно быть в депрессии, чтобы вдохновляться, а кому-то в приподнятом настроении. Но это не влияет на образ. Иногда группы в очень хорошей форме распадаются, а порою команды, которые уже ничего нового показать не могут просто существуют.


Вы ездите в тур вдвоем. Почему у вас не команды?


Виталий: Это по нам заметно, что у нас нет команды?



Иван: Можно, конечно, иметь менеджеров, звукачей, фотографов, но когда едешь на сорок городов, это просто финансово нецелесообразно. Например, если платить одному человеку из команды по четыре-пять тысяч, примерно за пятьдесят дней тура, то это получится, что только на фотографа уходит больше двухсот тысяч. Фото это очень важно, но нас, например, в каждом городе снимают местные фотографы, у каждого свой взгляд и это интересно.


Какую музыку сами слушаете?


Иван: Сегодня вообще не характерно отвечать на то, кто что слушает. Несколько лет назад ответ на него мог что-то определять. А сейчас любой гопник может слушать Дэвида Боуи и это норма.


Назовите самых интересных музыкантов современной российской сцены.


Иван: «Ритуальные услуги». Они интересные. Это по-хорошему попсовый коллектив, который имеет все шансы на то, чтобы у них все получилось. Хочется верить, что у них все получится.


Виталий: Я назову группу «Деревянные киты».


Почему сейчас вы выпускаете синглы а не альбом?


Иван: Ленивые просто. У нас идет гонка с самими собой из-за туров.


Виталий: Не хотелось бы в этот раз именно успевать выпустить альбом. Хочется, чтобы он созрел и нам было что сказать, а не собрать сборник песен ради тура.



Иван: Мы хотели выпустить что-то такое в сентябре, но не успели.


Что за фильм играет вступлением в песне «После фильма»?


Иван: «Римские каникулы» (Смеется). Там играет Одри Хепбёрн. Это одна из ее лучших ролей. В «Завтраке у Тиффани» и эта.
Виталий: Это достаточно старый фильм, классика мирового кинематографа.


У вас происходят разногласия друг с другом?


Иван: Да нет.


Если бы они были, мы бы не играли вместе. Это как встречаться с девушкой, которая тебе не нравится. Зачем это?


Виталий: Мы просто достаточно занудные люди и нам прикольно вместе позанудствовать.


Чем вы занимаетесь помимо музыки?


Иван: Если ты о работе, то, к счастью, ее нет. Но, как и у любого нормального человека, есть увлечения. Я люблю смотреть кино. В Питере если два-три кинотеатра, где можно посмотреть что-то интересное.


Виталий: Я люблю на лодке кататься. С веслами и на моторной.


Иван: А кто не любит кататься на моторной лодке? Все любят. Я еще на лонгборде катаюсь. Катаю на доске, в общем.


Кто приходит к вам на концерты?


Иван: Раньше было понятно кто в основном ходит, а теперь вообще не понятно. Года два назад это была публика по 16-18 лет. А сейчас и взрослых людей можно встретить.


Спите ли вы с фанатками?


Иван: Наверное, нет. Я бы никогда не смог встречаться с фанаткой.


Виталий: Да и вообще это как-то странно.


Иван: Заниматься сексом? Ну да, странно.


Виталий: Мне кажется, в 2019 году это может быть реально опасно.


Иван: Ну, не знаю. Нужно просто проверять паспорта. Но это все равно не наша история, не для нашей музыки. Я вообще и не вспомню, чтобы я даже целовался с человеком, с которым у нас не было отношений.


Как вам Волгоград?


Иван: Мы обычно в городах видим только вокзалы и машины, пока едем до зала. Но вообще, у вас классные трамваи чешские, старые.


Виталий: Мы уже не первый раз в городе. Были на Мамаевом Кургане как-то. Впечатлило.







Иван Козлов. Фото: evankozlov





@темы: @Интервью, @ЭФ, @Электрофорез

Музыка в воздухе: о творчестве Марка Элмонда рассказывает Виталий Топоров (группа Электрофорез)




Музыка повсюду. Буквально. Она в воздухе. Для одних – просто фон, иным сойдет за откровение,  средство – толчок к просветлению, осознанию сути вещей в плоскости, выходящей за рамки каждодневной бытовухи. Вкус бывает лишь у портных – музыка не «высокое» или «низкое». Музыка бывает лишь хорошая или плохая – соответственно субъективному взгляду. Мы, вообще, целиком субъективны, даже утверждение о субъективности музыки субъективно. Объединяет нас, как мне видится, музыка. Музыка в воздухе.




Это первая из серии не статей даже, а впечатлений (назовем это импрессионистскими зарисовками) о музыке  прокуренных тонких фигур с хриплыми голосами, о лощеных внешне, но глубоких внутри мальчиках и девочках, и о серьезных академистах. Но, главным образом, о том, как этот букет личностей, их творчество, способны изменить человека, его отношение к окружающему, да и к себе тоже. Стартуем с электричеством: рассказывает Виталий Топоров, группа Электрофорез.




Виталий Топоров, группа Электрофорез


Кто: Виталий Топоров, группа Электрофорез




Выбор музыканта: альбом Marc Almond – Open All Night (1999)






Воспоминание 1. Санкт-Петербург, ДК им. Газа на Кировском. Мне 8 лет. Мы с отцом ходим покупать диски. Желтый свет, облезлые стены и стеллажи, стеллажи, стеллажи. Дисков очень много, и мне кажется, что надо послушать их все, нельзя упустить ни единой нотки. Каждый купленный батей альбом оставляет ощущение шага Нила Армстронга. Мне открывается вселенная со своими законами, логикой и очарованием. Marc Almond, Falco, a-ha, Alfaville: все записи, услышанные в то время стали фундаментом моего музыкального вкуса. В «Open All Night» я, разумеется, ничего не понял, но был впечатлён. Больше всего мне нравилась «седьмая» («My Love» – прим. авт.), мелодия на губной гармошке напоминала клаксоны, и песня ассоциировалась с игрой в машинки.




Воспоминание 2. Санкт-Петербург, моя комната на Юго-Западе. Мне 14 лет. Я только что пришел после вечера игры в футбол. Желание – включить что-то погромче, упасть на кровать и глядеть в потолок. Я наугад беру в руки неказистую тёмно-синюю коробку, которая просто собирает пыль уже несколько лет. Она вся в царапинах, из-за плохого качества печати лицо Марка Элмонда практически не различимо.




Честно говоря, я тогда просто офигел. Марк Элмонд никогда не привязывал себя к каким-то рамкам. Да, номинально он синти-поп артист, начавший сольную карьеру участник дуэта SoftCell, знаменитого песней «Tainted Love». Но синти-поп в случае Марка – это просто ширма, за которой спрятано всё, что только можно себе представить. Кабаре, R&B, восточные напевы, трип-хоп, оркестровки, речитатив, блюз: каждая песня находит, чем удивить, сохраняя  при этом особый авторский стиль. Аранжировки выполнены с кинематографическим размахом, количество мелких «фишек» здесь неисчислимо, но самое главное даже не это. Удивительно, насколько мастерски Марк заражает своим настроением печальной созерцательности, одиночества и напряжённого самокопания. После прослушивания альбома остаётся ощущение реального общения с автором – ночной прогулки по парку или разговора в пустом баре. Таких альбомов очень мало, не больше чем патронов в барабане револьвера. И что делать с этим револьвером в ночной час, должен решить сам слушатель: выбор есть всегда.





@темы: @Интервью, @АрхивныеИнтервьюИзУтерянного, @Электрофорез, @ВиталийТалызин/ВиталийТопоров

Отрывок из интервью с сайта: daily.afisha.ru/archive/volna/heroes/ifwe-est-e...;
13 декабря 2013
Автор: Никита Величко
читать дальше

@темы: @Интервью, @ЭФ, @Электрофорез, @ИванКурочкин/СвятозарЧерноусов

Запись располагалась по ссылке https://vk.com/wall-36661515_3579.

читать дальше


@темы: @ЭФ, @Электрофорез, @ВиталийТалызин/ВиталийТопоров, @ИванКурочкин/СвятозарЧерноусов

Дуэт «Электрофорез» — о Юго-Западе Петербурга И о том, почему Петербург сейчас «на безумном подъеме»
(https://www.the-village.ru/weekend/favorite-place/311395-elektroforez)
Автор фотографий: Виктор Юльев.




читать дальше

@темы: @Интервью, @ЭФ, @Электрофорез, @ВиталийТалызин/ВиталийТопоров, @ИванКурочкин/СвятозарЧерноусов

"Электрофорез: интервью перед выступлением 19 августа в клубе Ypsilon"
(http://onmusicstage.com/view/6661)






Музыкальный интернет-портал OnMusicStage.com взял интервью у участников группы «Электрофорез» Ивана Курочкина и Виталия Топорова перед их выступлением 19 августа в московском клубе Ypsilon.



читать дальше

@темы: @Интервью, @ЭФ, @Электрофорез, @ВиталийТалызин/ВиталийТопоров, @ИванКурочкин/СвятозарЧерноусов

Яндекс.Метрика